Текст и фото: Анна КОДИНА
В книге описывается знакомство Андрея Саликова с миром Востока. В ней есть описания его путешествия («В отличие от Пржевальского, у меня больше эмоций!» -- говорит автор) и море фотографий – в основном суфийских обрядов (кстати, по мнению Андрея Саликова, преподавателя в Академии фотографии, «главное в фотографии – это лаконичность, гармония и… любовь!»). Но самое, пожалуй, любопытное – суфийский мир и то, как он в него попал.
Суфийское учение – оно о любви. Все ищут свою вторую половинку и ответы на вопрос «Что такое любовь?». Это не религия, это – познание себя и Бога. Самому сложно понять насколько далеко ты ушёл в познании себя, поэтому суфии занимаются в группах – только окружающие могут сказать, кто ты есть на самом деле. В 2004 году он впервые побывал на суфийском фестивале, посвящённом мистической музыке, и с тех пор всерьёз увлёкся учением – причём ему пришлось доказывать, что это для него не просто очередное увлечение, а это ему по-настоящему необходимо – иначе на фестиваль не взяли бы. Как заверил Андрей Саликов, даже у нас в Латвии много суфийских групп!
-- Раньше я не был готов к изданию этой книги. Возможно, мне мешали самолюбование или гордыня. Сейчас я пишу книгу о путешествии в Индию. В феврале хочу в Индию вернуться, а в августе – снова в Тибет. Вы можете присоединяться! – с улыбкой Андрей Саликов обвёл взглядом сидящих на презентации.
Он готовит к изданию свою третью книгу (она выйдет к Рождеству в издательству «Снежный ком»), но сам себя писателем почему-то не считает. Зато с удовольствием рассказывает о своих литературных предпочтениях. Его любимец – Гёте, а к Довлатову он полон восхищения – как к писателю и… бизнесмену! Андрей Саликов утверждает: «Чтобы книгу читали, её автор обязательно должен быть бизнесменом и знать, как продать свой труд!». В разделе «Библиография» книги «Суфии. Путь любви» больше встречаются имена восточных авторов – от Омара Хайяма до Харуки Мураками (их цитаты он использует в этой книге).
-- Существует мнение, что восточная философия опасна для европейского человека и его психики, если он погружается в неё слишком глубоко.
-- Да, это может нанести вред, если ты погружаешься в учение, в философию один, без Учителя. А восточному человеку никогда не придёт в голову заниматься этим самостоятельно. У него всегда есть Учитель, который внимательно следит за тем, как он проходит практику, он ведёт его по индивидуальному пути. Если западный человек практикует вместе с Учителем, он никогда не сойдёт с ума.
-- Как рижанину, как человеку не-восточного склада ума, что вам сложнее всего было принять?
-- Обрядовую часть суфизма – я считал, что я христианин (но им не был!).
В группе мне показали, что во мне остались многие недостатки, от которых – я думал! – избавился: от гневливости, раздражительности, от проявлений скаредности, эгоизма. А на самом деле – нет. Это было трудно принять, в это было сложно поверить. Но с этим пришлось согласиться. Я узнал, что прежде я никогда не любил и не умел любить. Важно открыть своё сердце. Человек с чёрствым сердцем – по суфизму, мёртвый человек. А суфизм – это прежде всего добрый нрав и умение любить.
INTELLIGENT.LV
